tangrusha | Ажурная красота металла (Reply)

Недавно в нашем фотосообществе prohodimcy была тема «Ковка». Мне было особо нечего показать по этой теме, ведь наш город украшен литым кружевом. Ограды, фонари, решетки, скульптуры — это все отлито из чугуна. Потому что всемирно известное художественное литьё производят у нас на Южном Урале, в городе Касли.

Не так давно музей в Каслях переехал в новое здание, а я так до него и не добралась. И вот с легкой руки сотоварищей по прогулкам я решила исправить эту оплошность и съездить в Касли. Во вторник утром села в автобус и через 2,5 часа вышла на привокзальную площадь. Уже на автостанции стало понятно куда я приехала, кружевное панно «Каслинский район» прекрасно вписалось на стену здания.

Сразу на выходе из автобуса бросается в глаза огромный храм Вознесения Господня. К сожалению, храм был закрыт и побывать там я не смогла.

Через 50 метров находятся здания заводского госпиталя (постройки конца 18 века), часть отремонтированы, часть разрушены.

И сразу тут же здание музея. Когда-то это была сначала поликлиника, потом хирургический корпус районной больницы.

Мне повезло, в музее не было никого. Я спокойно осмотрела всю экспозицию, прочитала все стенды, сделала фотографии. И уже собралась было уходить, как появилась группа с экскурсоводом. Милая улыбчивая женщина-гид рассказывала очень интересно, я остановилась послушать, а потом попросила разрешения присоединиться к группе. И еще раз обошла музей уже с рассказом.

Историю зарождения металлургии на Урале я слышала не раз — и в Невьянске, бывшей столице Демидовых, и в Екатеринбурге, и в поездках по городам Южного Урала. Так что в целом предмет мне знаком. Здесь я дополнила свои знания.

История кратко: Первым владельцем завода стал купец Яков Коробков. Он выкупил землю у башкир и начал строительство завода, а затем продал всё племяннику некоронованного короля Урала Акинфия Демидова, Никите. Затем завод был продан наследниками Демидова и владельцем стал купец первой гильдии Лев Расторгуев. После смерти Расторгуева управляющим был назначен Григорий Зотов, свёкор одной из дочерей Льва Ивановича, из бывших крепостных, получивший вольную за свой управленческий талант.

Близилась война с Наполеоном и Расторгуев смог заполучить военный контракт на литьё ядер, бомб, снарядов и картечи. Такой контракт дело выгодное, но кратковременное и Расторгуев стал задумываться о расширении ассортимента. Конверсия зародилась не в 90-е годы XX столетия.
Начали производить чугунную посуду, утюги и прочую утварь.
В музее представлен ассортиментный ряд гирь для весов — от 1/4 до 5 фунтов.

Зотов установил жесткие порядки, реорганизовал производство, построил заводскую контору, господский дом и заводской госпиталь. При Зотове, в 1824 году, начался выпуск первого художественного литья. Впоследствии, это направление переросло в знаменитое каслинское литьё.

Стол не просто стол, а Зодиак.

От плоских изделий мастера постепенно переходили к объемным.
К работе над формами стали привлекать знаменитых художников и скульпторов. Одним из них был Карл Клодт и его всем известные кони. Впоследствии именно конь станет эмблемой Каслей.

Меркурий и Фортуна

Производство чугунных изделий включает несколько этапов — отливка, чеканка и покраска. Из опок (форм для отлива) достают гладкие изделия. Именно от чеканщика зависит финальный вид изделий.

Это инструменты чеканщика. Различные надфили и матуары (инструмент для чеканки, имеющий форму стержня с различной формы рабочей частью). Руки, лица, глаза, волосы, конские гривы и даже пуговицы — для каждого есть свой матуар.

В моду входила садово-парковая мебель, предметы для декора — рамки для фото или зеркал, шкатулки, подсвечники и даже камины с набором каминных девайсов.

На камине в рамке стоит портрет Павла Карпинского. Будучи в ранге статского советника был приглашен работать в Кыштымский горный округ, в состав которого входил и каслинский завод. Именно Карпинский упразднил производство металла в Каслях, оставив только художественное литьё. Знаменитый чугунный павильон, получивший в Париже Гран-при в 1900 году был изготовлен при его руководстве. Он же возглавил делегацию мастеров, сопровождающих этот шедевр.

Сам павильон сейчас находится в Екатеринбурге, в художественном музее, я его фотографировала 4 года назад.

И только сейчас в музее я узнала, что сам павильон фанерный, а крепятся чугунные детали. Вот пара из них.

Украшают павильон и многочисленные скульптуры. Знаменитый Дон Кихот и Мефистофель, Клодтовские кони, гномы и многое-многое другое

А это они же, но из музея

Еще немного ажурной красоты

Пасхальные яйца

Вот такая точно чернильница была у моих родителей

Среди чугунных статуэток много героев известных сказок и басен

Про мастеровых людей из Каслей писал знаменитый уральский сказитель Павел Петрович Бажов. У него и сказ есть «Чугунная бабушка» — кто пытался посоревноваться с каслинскими литейщиками, в чем их секрет и чем история закончилась.

Против наших каслинских мастеров по фигурному литью никто выстоять не мог. Сколько заводов кругом, а ни один вровень не поставишь.
Другим заводчикам это не вовсе по нраву приходилось. Многие охотились своим литьем каслинцев обогнать, да не вышло.
Демидовы тагильские сильно косились. Ну как — первый, можно сказать, по здешним местам завод считался, а тут нако — по литью оплошка. Связываться все таки не стали, отговорку придумали:
— Мы бы легонько каслинцев перешагнули, да заниматься не стоит: выгоды мало.
С Шуваловыми лысьвенскими смешнее вышло. Те, понимаешь, врезались в это дело. У себя, на Кусье-Александровском заводе, сказывают, придумали тоже фигурным литьем заняться. Мастеров с разных мест понавезли, художников наняли. Не один год этак-то пыжились и денег, говорят, не жалели, а только видят — в ряд с каслинским это литье не поставишь. Махнули рукой да и говорят, как Демидовы:
— Пускай они своими игрушками тешатся, у нас дело посурьезнее найдется.
Наши мастера меж собой пересмеиваются: — То-то! Займитесь-ко чем посподручнее, а с нами не спорьте. Наше литье, поди-ко, по всему свету на отличку идет. Однем словом, каслинское.

Вот так, с рассказами, сказками да историями обошла я дважды весь музей, красоты разной насмотрелась.

Вышла из музея, а красота и история и здесь имеется. Вот лестница, которая вела в заводскую поликлинику. Стоит себе под открытым небом, представляете сколько ног по ней за 200 лет прошлось — а ступени как новые.